Мореника Джива Онаиву: «Просто еще один хештег»

(Примечание Аймана Экфорда: Мне очень часто говорили о том, что цветное население США больше не сталкивается с дискриминацией. И что жизнь черных аутистов ничем не отличается от жизни белых, и у них не может быть больше проблем. Эту статью я перевела для тех, кто так думает. И для тех, кто верит в то, что родителям аутичных детей в США не приходится переживать за  безопасность своих детей так же, как приходится переживать нашим родителям. Мореника – аутичная мать аутичных детей).

Источник: Respectfully Connected

«Не могу уснуть. Я должна спать, но я слишком сильно переживаю. Я читала статьи. Я не могу сейчас посмотреть видео – сейчас мне сложно заставить себя это сделать. И я не могу разместить его в соцсетях. Просто тяжело. Даже без этого видео мы все знаем, что произошло.

Это было хладнокровное и умышленное убийство, которое попытались скрыть самым преступным образом. Точка.

Моему старшему сыну пять с половиной лет. Он черный, и пока он только растет. Его голос уже начал меняться. У него есть проблемы с обработкой информации и с быстротой ответов на вопросы, особенно когда ему не по себе. Это могут расценить как неповиновение. Отказ от сотрудничества. Могут расценить это как угрозу.

Ему нравятся полицейские. Он сам хочет стать полицейским. Он замечательный ребенок. Мне бы хотелось, чтобы он снова стал совсем маленьким, и был бы таким до тех пор, пока мир не станет лучше. Сейчас он слишком сильно похож на черного мужчину, сильнее, чем на черного мальчика.
Я немею. Я не могу злиться или грустить. Я ничего не чувствую. Это происходит так часто. Слишком много случаев. Слишком много имен. Слишком много тел.

Господи, помоги нам всем».

Я написала это после того, как узнала о том, что очередной полицейский убил очередного черного человека. Вы спрашиваете, что это был за человек? Но разве это имеет значение? Таких людей много. Слишком много. И, вероятно, их станет еще больше. Та же боль. Та же ярость. Тот же страх. Та же самая душераздирающая правда.

Правда заключается в том, что я не могу защитить своих детей. Просто не могу.

Те, кто знает моих детей, любят их и принимают. Это члены семьи, друзья, коллеги, учителя, знакомые, люди с нашей церкви, и т.п. Среди этих людей есть черные, белые, азиаты, аборигены, латиноамериканцы и люди смешенных рас. Эти люди знают моих детей. Они не спешат с выводами, когда не могут чего-то понять. Они поощряют моих детей и радуются с ними вместе, когда они их понимают. Эти люди не будут вырывать из контекста их необычные слова и движения.

Они знают, что мой старший сын, который уже стал большим, остался тем же черным подростком, который спасал пауков, вынося их из дома живыми, и который любил катать всех у себя на спине. Они знают, что мой следующий по возрасту сын (того же возраста, какого был Тамир Райс), все тот же ребенок, который может играть в Барби со своей младшей сестрой, потому что с ней больше никто не хочет играть, хоть он стал больше и выше. Они знают, что хоть все мои дочери могут показаться слишком строгими и серьезными, они веселые и добрые девочки, полные сострадания ко всем окружающим. Они знают, что мой младший сын может вопить и брыкаться, когда ему плохо, но при этом он не хочет никому причинить вред. У него большая душа и очень своеобразное чувство юмора.

Но что могут подумать незнакомцы? Что они увидят? Угрозу? Неповиновение? Склонности к насилию? Потенциальных преступников? О чем подумают представители власти, например, полицейские?

Я не знаю, что они увидят. Я не знаю, что они сделают. И это меня страшно пугает.

Этот страх не случаен, потому что большинство людей, которых убили, были не просто черные, у них были определенные виды инвалидности, и чаще всего это были нейроотличия.

Вы знаете имена некоторых из них. Кое-какие имена вы не знаете. Вот несколько имен:

Фредди Грей.  Тамир Рейс. Эзир Форд. Танеша Андерсон. Тони Робинсон. Дантри Хамильтон. Джейсон Харрисон. Кэлдрик Дональд. Энтони Хилл. Девид Феликс.

Кто будет следующим?

Как мать из черной нейроотличной семьи, я очень сильно боюсь следующей встречи по составлению программы индивидуального обучения для своих детей, когда о них снова будут строить догадки. То, из-за чего я боюсь — это вопросы жизни и смерти.

Я не хочу, чтобы мои малыши стали просто еще одним хештегом.
EVERYTHING-2

(Описание изображения: Черные и серые значки (решетки хештегов, кнопки, сердечки, весы и др.) на желтом фоне. Текст набран черным шрифтом. В тексте два последних абзаца, имя автора и адрес сайта)

___
Читайте на эту тему:
Керолин Нерби: Двойная радуга. Аутизм и раса

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s