Айман Экфорд. Один из худших уроков

Один из самых худших уроков, которые вы можете «преподать» своему ребёнку — «ты должен изменить себя».

Изменить себя не может никто.

Мне потребовалось много лет чтобы это понять, потому что в детстве ради выживания я затолкал все сомнения в дальний угол сознания и старался их игнорировать.

Попытки «изменить себя» не дали мне ничего кроме гендерной дисфории, непринятия своей культуры, непринятия себя как аутичного человека и как человека в принципе… хотя нет, были ещё абьюзивные отношения, которыми я дорожил только потому, что мне казалось, что я слишком «неправильный» чтобы ко мне нормально относились.

Была ненужная «дружба» с людьми, час общения с которыми казался сложнее чем целый день таскания картошки — потому что «так положено».

Были проблемы в по-настоящему важных для меня отношениях, потому что мне казалось что я постоянно все порчу и должен менять себя чтобы меня терпели рядом.

У меня были суицидальные мысли от того, что я не мог «изменить себя».

Были проблемы с пониманием своего тела и своих базовых потребностей, потому что большую часть жизни я старался быть «лучше» и это настолько меня «грузило» что я научился игнорировать то, что я чувствую.

Были проблемы с планами и обязательствами, потому что я привык брать на себя слишком многое.

Были проблемы с учебой, потому что я пошёл в неинклюзивный вуз (даже в два неинклюзивных вуза) и бросил их в середине семестра.

Были проблемы… практически со всеми сферами моей жизни, потому что я вместо того чтобы учиться обращаться с существующими навыками и особенностями, пытался обзавестись совершенно несвойственными мне вещами, потому что я слушал родителей, которые говорили, что если я «очень захочу», то смогу быть «лучше всех, чтобы быть как все».

Нет. Оно так не работает.

Это одна из самых вредных идей нашего общества.

Исследование о родных братьях и сестрах поддерживает генетическую связь между аутизмом и СДВГ (а также семейный фактор в проявлении данных состояний человеческой психики)

Новые исследования показывают, что дети, у которых есть старший брат или сестра с синдромом дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ), более склонны к аутизму (и наоборот).

Аутизм и СДВГ имеют некоторые общие черты и часто наблюдаются параллельно. Некоторые другие исследования подтверждают повышенную вероятность раздельного проявления этих состояний у братьев и сестер (проявление в семье только СДВГ или только аутизма). Однако данное исследование впервые рассматривает оба психических состояния одновременно (их совместное проявление в семье), с целью обнаружить между ними взаимосвязь.
Результаты этого исследования подтверждают идею о существенном генетическом совпадении данных состояний психики.

Меган Миллер, доцент кафедры психиатрии и поведенческих наук в Калифорнийском университете в Дэвисе, подтверждает, что результаты исследования действительно заслуживают доверия. Она утверждает это в силу того, что данные исследования основаны на семьях с существенной разницей в возрасте между детьми.

Другие исследования могут ложно показывать независимость проявления аутизма и СДВГ друг от друга, потому что родители, имеющие одного ребенка, у которого диагностировали аутизм/СДВГ, иногда предпочитают не заводить больше детей (данное явление, известное как “остановка/stoppage”).

Выбирая для исследования те семьи, в которых родители решили рожать больше детей даже после того, как у их ребенка диагностировали СДВГ/аутизм, мы получили лучшее представление о том, каков на самом деле генетический вклад в проявление этих состояний психики, – говорит Миллер.

Бенджамин Йерис, доцент кафедры психологии в детской больнице Филадельфии (не принимал участия в исследовании), утверждает, что исследования также предлагает эффективный способ анализа других состояний, зачастую возникающих параллельно с аутизмом.

НАУЧНЫЙ ПРОРЫВ:
Меган Миллер и её коллеги изучили медицинские записи из двух крупнейших систем здравоохранения в Соединенных Штатах. Они определили, что у 15,175 детей в возрасте 5 лет и старше, есть (по меньшей мере) один(а) старший(ая) брат/сестра; из них у 158 детей есть старший(ая) брат/сестра с аутизмом, а у 730 детей есть старший(ая) брат/сестра с СДВГ.

Продолжить чтение «Исследование о родных братьях и сестрах поддерживает генетическую связь между аутизмом и СДВГ (а также семейный фактор в проявлении данных состояний человеческой психики)»

Керима Чевик. Спасите свою семью от «анти-аутичной» культуры скорби

По материалу: The Autism Wars

Скорбь. Это слово, которое родители – включая меня – зачастую использовали и используют неверно. Когда квалифицированный врач заявил, что у нашего сына никогда не будет улучшений и что в конечном итоге его запрут в закрытом учреждении для психически больных, вся наша семья была в шоке, мы все тогда плакали. Когда мы вернулись домой после дня изнурительных тестов и травмирующих новостей, мы все – я, мой муж и наша дочка – по очереди обняли Му и поклялись, что он никогда не окажется в закрытом учреждении.
После этого мы постарались помочь друг другу прийти в себя и понять, как обучать Му и как повысить качество его жизни.

Надо четко обозначить слова, которые мы используем чтобы описать тот день, когда диагностировали наших детей.
Я уже об этом говорила, и повторюсь снова.
Я не могу указывать людям, как управлять своими эмоциями.
Активизм, который я веду, связан с абсолютно другими вопросами, и я выступаю именно против тех родителей и опекунов, которые проявляют насилие к своим аутичным детям, против тех, кто в итоге убивает своих аутичных детей. Во всех случаях – и я буквально имею в виду во всех – эта модель насилия начинается с апроприации и искажения значения слова «скорбь».

Пятиступенчатая модель прохождения скорби Кюблера-Росса сама по себе проблематична. При этом организации, управляемые родителями аутичных детей, вдобавок ее ещё и апроприируют для описания своей скорби по поводу аутичного диагноза своего ребёнка.

Продолжить чтение «Керима Чевик. Спасите свою семью от «анти-аутичной» культуры скорби»