Монологи ЛГБТ-активистов с инвалидностью о борьбе за свои права

Источник: Афиша Daily


«Афиша Daily» поговорила с активистами движения за права ЛГБТ-людей с инвалидностью о двойной дискриминации, правозащитной деятельности в условиях закона о гей-пропаганде и предрассудках внутри самого сообщества.
Спикер и два активиста движения Queer-Peace на фестивале ЛГБТ-кино Бок о Бок.
 
Айман Экфорд, 21 год
Создательница Аутичной инициативы за гражданские права, активистка Queer Peace

 

О дискриминации

Я аутистка в обществе, созданном для неаутистов. В этом обществе на неаутистов рассчитано все — от торговых центров до системы образования, от методик обучения до представлений о приемлемом поведении детей.

Я лесбиянка в обществе для гетеросексуалов. В отличие от гетеросексуалов я не могу удочерить ребенка так, чтобы опека над ним принадлежала и мне, и моему партнеру. Я не могу получить российское гражданство, несмотря на то что у моего партнера оно есть (но могла бы, если бы моя девушка была парнем). Я не могу быть родственником моей партнерши, и в случае чего не смогу навестить ее в больнице. Я не могу даже открыто говорить о своей сексуальной ориентации и о своих отношениях, не рискуя при этом выслушать уйму оскорблений. А гетеросексуалы говорят об этом свободно.

Я выгляжу младше своего возраста. Меня не воспринимают всерьез, поэтому даже посторонние люди готовы поучать меня. Я женщина в мире, где большинство руководящих должностей занимают мужчины.

Не знаю, отказываются меня брать на работу из-за гражданства, внешности или аутичного поведения. Я не представляю, каково принадлежать к доминирующему большинству. Я не вижу проблемы в своих особенностях. Проблема в нашем обществе, которое не хочет их принимать.

О травле

У меня диагностировали аутизм во взрослом возрасте. Так часто бывает в постсоветском пространстве, особенно в не очень крупных городах вроде Донецка, откуда я родом.

В подростковом возрасте я практически никогда не чувствовала себя в безопасности. Я ассоциировала себя с евреями, которых уничтожали во время холокоста. Они тоже никому не мешали, а их ненавидели. Меня били, душили, отнимали мои вещи — просто за то, что я — это я. Я воспринимала ненависть других людей как нечто совершенно нормальное. Когда я еще не понимала значения слова «ненависть», я уже знала, как люди относятся к тем, кто от них отличается.

Мне казалось, что единственный способ оказаться в безопасности — это заработать уйму денег и стать сильнее своих обидчиков. Аутичные особенности и гомосексуальность, о которой я тогда только подозревала, воспринимались мной как угроза. Я винила себя в проблемах, потому что не понимала, что они привязаны к моему образу мышления.

Читать далее

Мелтдаун

Источник: Michelle Sutton Writes
Автор: Мишель Сеттон

{В этом посте я описываю свой опыт и свои ощущения при сенсорных перегрузках, включая мелтдауны. Для некоторых это может быть триггером.}

Внезапно все стало громким. Все было громким до этого, но теперь в моей голове словно появился громкоговоритель, он усиливает все звуки. Голова болит, звуки поглощают все. Болит все тело. Боль проходит внутрь, и снова выливается на поверхность, прямо к коже.
Звуки становятся медленнее и пронзительнее. Я слышу слова, но не могу отделить их от других звуков, и поэтому не могу ответить. Единственные слова, которые приходят мне в голову, это: «дайте мне минуту», но это не правда. На самом деле мне надо, чтобы вы перестали со мной разговаривать, чтобы никто не говорил со мной в течение часа или даже больше. Я не знаю, как долго это продлиться, как скоро я снова смогу думать словами, но пока я этого не могу.

Вы пытаетесь мне помочь, потому что вы обо мне беспокоитесь, и вы поняли, что что-то пошло не так. Знаю, вы думаете, что понимаете, что случилось, и то, что вы видите, действительно является частью того, что что-то пошло не так, но это лишь малая часть проблемы. Вы видели то, что происходит вне моего тела. Основная проблема связана с тем, что происходит вовне, но она пронизывает все внутри, и никто не может ее увидеть, услышать и почувствовать, а я не могу ее объяснить.

Я не хочу плакать, когда другие меня видят. Но когда я пытаюсь сдержать слезы, мне становится хуже. Я это знаю, но все равно пытаюсь их сдержать, игнорируя свои потребности до тех пор, пока не теряю над собой контроль.

Читать далее

Аутизм и самоубийства: разговор между исследователями и аутичными людьми.

Источник: THINKING PERSON’S GUIDE TO AUTISM
Переводчик: Валерий Качуров

Доктор Сара Кэссиди помогала проводить мероприятие Группы по Специальным Интересам на тему «Аутизм и суицидальность» на IMFAR 2016 в Балтиморе. Мы не смогли присутствовать на ее сессии, но она согласилась в тот же день поговорить с нашими редакторами Шеннон Розой и Кэрол Гринберг, а также с аутичным исследователем доктором Стивеном Кэппом и с директором ASAN Джулией Баском. Здесь приводится расшифровка этого разговора.

Шеннон Роза: Расскажите, что обсуждалось на семинаре. Что выявилось в вашем исследовании о распространенности самоубийств среди аутичных людей?

Д-р Кэссиди: Мы опубликовали два исследования. Первое из них доступно в новом психиатрическом журнале Lancet, и в нём были проанализированы медицинские карты из Центра исследования аутизма в Кембриджском университете, Британия. Там был отдел, называемый Кембриджский пожизненный сервис для людей с Аспергером, созданный Саймоном Бароном-Коэном, который специализируется на взрослых с синдромом Аспергера.

И в этом отделе клиницисты, перед тем как отправлять людей на диагностирование, собирали о них информацию. Например, им задавали такие вопросы:

1. Вы когда-либо думали о самоубийстве?

2. Вы когда-либо планировали или пытались совершить самоубийство?

3. Вам когда-либо был поставлен диагноз депрессии?

Читать далее

Акция на Autistic Pride Day и закон подлости

Автор: Айман Экфорд

Рома, изображающий моего отца «бьет» меня ремнем. Рядом стоит Енот с плакатом: «Ударить взрослого — заключение сроком до двух лет (ст.115 УК РФ), ударить ребенка — воспитание?»

С самого начала все шло так, словно эта акция не должна была состояться. Но мы провели ее – несмотря ни на что.

I. ОБ ИДЕЕ АКЦИИ.

Я думала провести акцию против детского бесправия еще к Первому Июня, ко Дню Защиты Детей. Дело в том, что после принятия закона о декриминализации домашнего насилия очень много говорили о домашнем насилии по отношению к женщинам, и очень мало – о насилии по отношению к детям. Мне это казалось крайне несправедливым и нелогичным. Разумеется, многим женщинам по самым разным причинам – от финансовых до психологических – сложно уйти от мужей-агрессоров, но у них есть юридическая возможность это сделать. Женщины могут подать на развод, найти работу и обеспечить себя деньгами, выбрать себе новое место жительства и даже переехать в другой город. Несовершеннолетние же полностью зависимы от своих родителей или опекунов, какими бы ужасными эти родители или опекуны ни были.

В особо уязвимом положении находятся дети-представители маргинализированных групп, чьи родители принадлежат к доминирующему большинству. Я имею в виду ЛГБ-подростков, трансгендерных и интерсекс детей всех возрастов, аутичных детей, детей-инвалидов, детей, чья религия или культура не совпадают с религией и культурой их родителей.

Чтобы привлечь внимание к этой проблеме, я решила провести акцию-перфоманс с плакатами, демонстрирующими двойные стандарты, и со сценками, в которых я изображала бы ребенка, а кто-то из старших активистов – консервативного и жесткого родителя.

Но к Первому Июня все знакомые мне активисты были заняты, а план акции не был до конца продуман, и поэтому идею пришлось отложить. Но уже к вечеру того дня, когда активисты Альянса гетеросексуалов и ЛГБТ за равноправие провели другую акцию, посвященную детям, я знала, как и когда смогу использовать свою идею.

18 июня, Autistic Pride Day, считается радостной датой в аутичном сообществе. В отличие от Дня Информирования об Аутизме, которое отмечают 2 апреля, Autistic Pride Day придумали сами аутичные люди. В отличие от 2 апреля, это не день «информирования о проблемах аутизма», когда неаутичные родители и специалисты говорят о том, что аутизм – это ужасное заболевание, которое надо лечить и предотвращать. Это – день, когда аутичные люди говорят о том, что они могут принимать себя и быть собой несмотря ни на что.

Но проблема в том, что многие аутичные люди не могут быть собой. Многие из них являются несовершеннолетними, и полностью зависят от своих родителей, которые пытаются их переделать. Некоторые становятся жертвами принудительной госпитализации. Некоторых родители доводят до самоубийства, вынуждая жить в среде, не предусмотренной для аутистов ради того, чтобы внешне казаться «нормальным». Некоторые аутичные подростки кончают с собой, потому что им с детства внушают, что они неполноценные, и они начинают в это верить и у них не остается надежды на полноценное будущее. Многим после всего этого удается выжить, но они уже не могут принимать себя такими, какие они есть, и даже считать себя полноценными людьми.

Как в такой ситуации можно говорить об аутичной гордости и о возможности быть собой?

Поэтому вопрос домашнего насилия крайне важная тема для Autistic Pride Day, которая затрагивает саму идею этого праздника.

Читать далее

Ваша жизнь принадлежит вам

Автор: Айман Экфорд

Сегодня Autistic Pride Day, день, когда аутичные люди во всем мире празднуют возможность оставаться собой и вести себя аутично, несмотря на давление со стороны общества.

Вам может это показаться странным, но сейчас я хочу обратиться не только к аутичным людям, а и к людям с различными видами инвалидности, к ЛГБТИ-людям, к тем, кто чувствует свою принадлежность к другой культуре, к тем, кто вынужден жить в сексистской, патриархальной, фундаменталистской среде, ко всем, кто чувствует себя чужим в своем окружении. И, прежде всего, я хочу обратиться к подросткам и молодым людям, которые полностью зависимы от своих родителей.

Ваша жизнь принадлежит вам. Не вашим родителям, не вашим родственникам, не вашему государству. Она принадлежит только вам.
Читать далее

Если вы ненавидите шлепать своих детей, просто не делайте этого

Источник: Demand Euphoria

AB05876.preview.jpg
Черно-белое фото. Взрослый человек бьет ребенка. Источник

Несколько месяцев назад я сделала блок-схему, иллюстрирующую отношение общества к побоям. Я хотела показать абсурдность ситуации, в которой дети не защищены от побоев со стороны родителей – а в некоторых штатах и со стороны учителей. Недавно я получила комментарий к этому посту, который меня сильно поразил. Я хочу вас с ним ознакомить. Комментарий приводится здесь полностью, с разбивкой на несколько частей, и с моими комментариями к конкретным частям:

«Мои родители и правда не использовали других методов воспитания помимо порки (потому что порка работала). У меня еще была деревянная ложка. Родители «обосновывали» свои требования, но это не помогало. Кроме того, ни одно из других наказаний никогда не работало (т.е. они лишали меня привилегий, отнимали важные для меня вещи, проводили суровые беседы, старались подкупить и награждать – последнее, конечно, не «наказание», но все же инструменты воспитания). Порка… я ее очень боялась, и это было хорошей мотивацией, из-за которой я старалась все делать правильно. И я не была «трудным» ребенком, который нуждается в постоянной порке, или что-то вроде того. Я просто получала плохие оценки, никогда не делала домашнее задание и проявляла нормальное для подростков/детей упрямство, и т.п.»

Для того, чтобы трезво рассуждать о порке, зачастую сложнее всего преодолеть именно этот барьер. Сложнее всего понять, что в детстве вы не заслуживали порки. Читать далее

Для аутичных подростков, которые чувствуют себя обреченно

Источник:THINKING PERSON’S GUIDE TO AUTISM
Автор: Роза Шеннон  Переводчик: Валерий Качуров

Для аутичных подростков, которые чувствуют себя неполноценными.

Вы не одиноки. Многие, кто получил диагноз, считают себя ущербными и страдают от непринятия, что может доходить вплоть до суицидальных мыслей. И вам нелегко найти в этом мире именно те ресурсы, которые вам нужны.

Поэтому мы опросили нескольких аутичных людей, которые прошли через это. «Как вы себя чувствовали в то время? Что другие могли бы сказать, чтобы вам помочь?». И вот их ответы.

Карла Фишер

Когда я узнала о своем диагнозе, то я действительно разозлилась. Потому что это заставило меня почувствовать себя ущербной. Люди говорили мне, что я остаюсь такой же, как раньше, но эти слова не утешали меня. И сам процесс принятия диагноза занял у меня не менее восемнадцати месяцев. О том, как этот процесс происходит у аутичных людей, пишут очень редко — потому что наши эмоции не так линейны, как «стадии горя» у нейротипиков.

Если вы сейчас проходите через это, то знайте, что вы не одиноки. 1 человек из 88 является аутичным. Это значит, что нас можно найти почти везде. Мы здесь, мы сильные и мы способны на многое. Нас можно найти в интернете, и может быть, даже в вашем окружении.

Читать далее