История азеркина

Автор: Лори Черная
Я никогда не могла назвать себя стопроцентно русской, хотя у меня русские родители, русские дедушки и бабушки, прадедушки и прабабушки. Могу лишь предположить, исходя из темных кучерявых волос и крючковатого орлиного носа своего отца, что где-то в его родословной затесались южане, но это было определенно очень давно.

Я родилась в России, причем в ее центре, в Подмосковье, в идиллическом городке среди каноничных русских полей, про которые сложены русские народные песни. Вокруг — деревни, березы, люди картошку сажают, коров держат, курей разводят, в самом городе действуют всевозможные кружки народного творчества, пользующиеся популярностью у местной ребятни. У меня у самой очень «правильная», прямо-таки каноническая русская семья: батя — двухметровый, здоровый сибиряк, бывший ВДВ-шник, мать — полная, миролюбивая, улыбчивая тетечка. Мы же со старшей сестрой обладаем типично русской внешностью — у обоих русые косы до пояса, округлые лица, глаза серо-зеленые у меня и серо-голубые у нее. Такие семьи описывают в своих рассказах идеалисты-патриоты, называя подобные ячейки кучей громких слов, от опоры государства до хранилища традиций, если бы не я. В семье, как говорится, не без урода.

У моих родителей были на меня планы. Я должна была выйти замуж, родить детей, устроиться на работу и потом всю жизнь держаться около семьи, помогая им на огороде, копая картошку, собирая малину и разводя кур. Моя сестра так и сделала. А я…  Для начала я оказалась слишком болезненной. Я схлопотала три воспаления легких в возрасте до шести лет, а далее лет до четырнадцати постоянно простужалась, стоило подуть чуть более холодному ветру. Моя мать сильно устала от этого. Она устала лечить меня, и поэтому каждая моя новая болячка сопровождалась закатыванием глаз, тяжелыми вздохами и выдачей мне стандартного набора таблеток. Ночью ко мне приходили в комнату не для того, чтобы сказать «спокойной ночи», а для того, чтобы потребовать «перестань кашлять», словно разодранное больное горло доставляло мне какое-то невероятное специфическое удовольствие. Иногда к данному действу присоединялся отец, который в моей жизни обычно не участвовал вообще.
Читать далее

Реклама

Забирайте мои русские «привилегии»!

Автор: Айман Экфорд

Примерно год назад я начала писать о том, что человек может принадлежать не к той культуре, в которой он родился, и вы подняли меня на смех.

Вы обесценивали мой опыт. Вы говорили, что я русская, просто потому, что я родилась на дурацком куске территории, который раньше назывался Советским Союзом.
Вы говорили, что мое частично русское происхождение, по сути, является тюрьмой, которое я не могу преодолеть. Хоть и писали об этом, используя другие слова.

Я же писала о том, что я американка. Что американская культура всегда была для меня ближе, чем русская, и всегда будет ближе. Вы мне не верили. Вы говорили, что я идеализирую США, говорили так даже тогда, когда я очень жестко критиковала американскую политику и традиции — критиковала не так, как критикуете вы, наблюдая со стороны — эта была критика изнутри, критика человека, который большую часть жизни следил за американской политикой и воспринимал себя как часть американской политической системы.

Я переживала избрание Трампа так, как не переживал ни один из вас, русских критиков. Для вас это было очередным мировым событием, а я чувствовала, что то, что мои люди завоевали за последние годы в области социальной справедливости, может быть утеряно. Я думала о том, что мои друзья будут в опасности из-за вполне конкретных законов. Я думала о том, что я не смогу уехать в США просто потому, что для Трампа, как и для вас, я не являюсь американкой.
Мне хотелось орать и крушить все вокруг, но я не могла, потому что такая реакция на избрание президента в ЧУЖОЙ стране считается неприемлемой.
Я могла говорить только «в США выбрали плохого президента».
Я не могла проорать: «в моей стране выбрали плохого президента, и я ничего не могу сделать. Я не могла даже участвовать в выборах».

Читать далее

Ваша жизнь принадлежит вам

Автор: Айман Экфорд

Сегодня Autistic Pride Day, день, когда аутичные люди во всем мире празднуют возможность оставаться собой и вести себя аутично, несмотря на давление со стороны общества.

Вам может это показаться странным, но сейчас я хочу обратиться не только к аутичным людям, а и к людям с различными видами инвалидности, к ЛГБТИ-людям, к тем, кто чувствует свою принадлежность к другой культуре, к тем, кто вынужден жить в сексистской, патриархальной, фундаменталистской среде, ко всем, кто чувствует себя чужим в своем окружении. И, прежде всего, я хочу обратиться к подросткам и молодым людям, которые полностью зависимы от своих родителей.

Ваша жизнь принадлежит вам. Не вашим родителям, не вашим родственникам, не вашему государству. Она принадлежит только вам.
Читать далее

Алиса Минц: «Культурная дисфория: Я еврейка из русской семьи»

Добрый день. Меня зовут Алиса, я светлокожая голубоглазая блондинка, воспитанная в России русской семьей, но я отношу себя к еврейскому народу. В этом тексте я попробую объяснить, что довело меня до жизни такой: причины, по которым я называю себя еврейкой, а еще – причем в первую очередь – то, почему я не называю себя русской. Заранее оговорюсь, что я представляю только собственную, иногда довольно странную, точку зрения на все имеющиеся мои идентичности и не вещаю от лица всех людей, идентифицирующих себя тем или иным образом. Также я собираюсь упоминать некоторые свои идентичности и, возможно, оскорблять тем самым чувства ксенофобов.

Очень важное замечание: я не знаю, почему мое самоощущение сложилось так, а не иначе. Я не знаю, почему я в глубине души никогда не могла называть себя русской, просто это так и есть, и я могу лишь рассказать о проявлениях этой или других моих идентичностей.

Я начинаю свое размышление с отрицания того, что я русская, в целом потому, что  это легче. Искать ответ на вопрос «кто я?» можно годами, зато, посмотрев, на определенный образец, сказать «это точно не я» можно сразу. Когда мне говорят, что я русская, я испытываю то же чувство растерянности, какие испытывала бы, если бы мне сказали, что я являюсь буддисткой, что меня зовут Ярославой или что я пингвин: при всем уважении к тем, для кого это верно, эти утверждения не имеют никакого отношения ко мне.

Читать далее

Интервью с основательницей «Аутичной инициативы за гражданские права» Айман Экфорд

Источник: Леворадикал

Айман Экфорд на мероприятии Queer-Peace, организованном ЛГБТ-сетью.

            Айман Экфорд на мероприятии Queer-Peace, организованном ЛГБТ-сетью.

 

Айман, здравствуйте! Если среднестатистический житель России захочет выяснить, что такое аутизм, он первым делом прочтет в Википедии примерно следующее: аутизм – это расстройство… и т.д. Что такое аутизм с точки зрения теории нейроразнообразия и в чем суть самой теории?

Для начала следует отметить, что само по себе «нейроразнообразие» – не теория. Это слово, обозначающее тот факт, что мозг и нервная система разных людей устроены по-разному. Некоторые подобные отличия незначительны, другие более заметны. Некоторые являются заболеваниями, а другие – нет.

В нашем обществе практически все нейроотличия, заметные со стороны, считаются патологией, болезнью, (и, следуя логике наших «специалистов», тем, что надо лечить и искоренять). В соответствии с парадигмой нейроразнообразия (которую не следует путать со словом «нейроразнообразие», обозначающим просто факт, а не идею), многие нейроотличия не являются болезнью. Например, аутизм, биполярное «расстройство» и СДВГ. По мнению сторонников парадигмы нейроразнообразия, эти нейроотличия являются частью личности человека и сами по себе не являются чем-то отрицательным. У этих «нетипичных» нейротипов есть свои сильные и слабые стороны, примерно как у «нормального», нейротипичного нейротипа. Они являются частью естественного человеческого разнообразия, как разнообразие форм ушей и разнообразие сексуальных ориентаций. И, как в случае с сексуальной ориентацией, проблема заключается не в самом разнообразии, а в том, что большинство людей дискриминирует тех, кто от них отличается и патологизирует их особенности.

Читать далее

Мореника Джива Онаиву: «Вся я: где заканчивается мое черное «я» и начинается нейроотличное»

Источник: Just Being Me…Who Needs «Normalcy» Anyway?
Переводчик: Алена Лонерз

У большинства из нас множество идентичностей. Мало кто (а, честно говоря, никто) может похвастаться, что их «я» абсолютно однородно. Все мы друг от друга отличаемся, и часто очень сильно. Но когда мы принадлежим к маргинальной группе или меньшинству, а не к группе с большими привилегиями, мы принципиально различаемся в своем мировосприятии и опыте. И хотя все мы люди, и у нас много общего, все равно это порождает колоссальное различие: мы как небо и земля.

Когда отличия касаются расы, гендера, инвалидности и/или культурной принадлежности, вы, попадая в ту или иную ситуацию, пытаетесь понять, какая часть вашей личности здесь задействована. Это очень сложный и изнуряющий процесс. В лучшем случае вы угадаете. Потому что вы никогда не узнаете этого наверняка.

Что бы ни случилось, хорошее или плохое, вы будете думать, не повлияли ли вы на это, и что на это могло повлиять. Возможно, проблема отчасти возникала от того, что я женщина? Или потому что я черная? А может, потому что я черная и женщина? Или же, нет, возможно, это больше из-за моего аутичного поведения? Или, может, наоборот это связано с культурой: ситуацию могли бы понять «настоящие» американцы, а не новые, как я и моя семья? Или, может быть, я все неправильно поняла, потому что это было что-то из консервативного христианства, и это неудивительно, так как я не консервативная христианка

И это – всего лишь малая часть моего дня…

И это описывает только мой опыт: у моих детей собственные пересекающиеся идентичности.

В этой статье мы отправимся с вами в путешествие на поиски того, с чем я все еще не до конца разобралась в свои 30 лет. Мы проведем вместе гипотетическую неделю из моей жизни. (И, между прочим, все, о чем я здесь написала, действительно произошло со мной в той или иной степени. Не за одну неделю, конечно. Другими словами, «основано на реальных событиях».)

Готовы? Поехали.
Читать далее

Айман Экфорд: «Вертикали, горизонтали и абсурдные теории»

(Перед чтением данной статьи крайне рекомендую ознакомиться с моей статье «Культура и нейроотличия»)

I.
«Когда я говорю о том, что я американка, люди обесценивают мой опыт»
Сколько раз я писала об этом? Возможно, читая предыдущее предложение, вы в своих мыслях еще раз обесценили мой опыт.

Люди говорят мне, что говоря о своей культуре, я не понимаю, о чем я говорю, и что я игнорирую свои привилегии.
С каких это пор постоянная культурная пропасть при общении с родственниками считается признаком привилегии? Или, может быть, моей привилегией является то, что с точки зрения моих товарищей-активстов, моего опыта попросту не существует? Или то, что люди приписывают мне чужой опыт и ждут, что я буду понимать чужую культуру, а культуру, которую я понимаю, считают непонятной для меня?

Я больше не хочу продолжать этот «список какого-хрена-это-привилегия».
Я поняла, что мои аргументы не действуют.
Мне говорят, что сама моя возможность не относить себя к русской культуре является привилегией, потому что человек, родившийся в «западной», привилегированной культуре имеет возможность изучать другие культуры и находить, какая культура ему ближе, а у других, более дискриминируемых людей, есть только необходимость притворяться, если они оказываются в чужой культуре.

Но, подождите, разве я не говорила о том, что люди, которые принадлежат не к той культуре, которую им приписали в детстве, вынуждены притворяться или подвергаться полному неприятию со стороны всех окружающих постоянно, с самого раннего возраста?

И, более того, сейчас мы говорим о психологической особенности, возможно даже о генетической предрасположенности, о нейроотличии, о возможности человека усваивать и копировать «родительскую культуру». Нейротип, гены и психика человека не признают географии. И точно так же, как во всех культурах есть люди с СДВГ, или аутичные люди, или трансгендерные люди, во всех культурах и странах рождаются дети, которые не принимают приписываемую им в детстве культуру.
Читать далее