Опасные подходы к сексуальному образованию и предотвращению сексуального насилия в отношении людей с инвалидностью развития

Источник: Autistic Hoya



Автор: Лидия  X.Z. Браун
Переводчик: Аноним
Предупреждение: как видно из название, в тексте описываются эйблистские идеи в программах секс-просвета, и упоминается сексуальное насилие.

Один из друзей недавно запостил вопрос, спрашивая, как определить признаки неграмотного подхода в учебных материалах по предотвращению сексуального насилия в отношении аутичных и других нейроотличных групп.

Многие активисты, самоадвокаты и другие члены сообщества уже писали о различных видах идей эйблизма в разговорах о сексе, сексуальности и сексуального насилия, что наносит ущерб аутистам и другим нейроотличным людям. Я не буду пытаться описать каждую возможную форму проявления эйблизма которая может быть в этих вопросах.

Тем не менее, оказав помощь другу, я публикую этот короткий список наиболее типичных ошибок в материалах по сексуальному образованию и сексуальному насилию для людей с инвалидностью развития.

Программа, обучение, материалы, планы уроков плохи, если они допускают следующие предположения. Тем более если эти  ложные убеждения являются для них основополагающими:

А. Аутичны ( и другие нейроотличные) люди, якобы имеют дело с сексуальными контактами только если они становятся жертвами сексуального насилия. Например, считается что  мы не способны иметь сексуальные желания или проявлять инициативу в сексе, и, следовательно, всегда являемся “пострадавшими”. То есть, патерналистское сексуальное образование основано на идее о том, что нас надо защищать всеми возможными способами, даже отвергая наше право на самостоятельные действия.

Это плохо особенно в контексте того,  что уровень сексуального насилия по отношению к нам зашкаливает. Это может показаться ужасным — и это ужасно — но сам факт вряд ли удивит   нейроотличных людей  или людей с инвалидностью  развития.
Признание того, что наш сексуальный опыт – только результат насилия, усугубляет ситуацию, т.к. отвергает наше право на самостоятельный выбор – нашу способность самим предъявлять отказ или согласие и  наше желание испытать свою сексуальность тем способом, на который мы не просто согласны, но который доставит нам радость и удовольствие. Общеизвестно, что некоторые пережившие сексуальное насилие активно  ищут приятный сексуальный опыт (разумеется, разный опыт и в разное время) для того, чтобы преодолеть травму.

Б. Аутичные и другие нейроотличные люди якобы не могут понимать контекст, секс, сексуальность, сексуальное напряжение и  желание, поэтому проявление нашей сексуальности опасно и рискованно для окружающих (в первую очередь, для людей без инвалидности — любого пола и возраста). Следовательно считается, что сексуальное образование нужно для того, чтобы контролировать нас — потенциальных хищников, затаившихся в ожидании жертвы. Такой подход снова отрицает нашу компетентность, представляя нас некомпетентными и неспособными к пониманию (равно как и не способных изменить свое поведение).

Это плохо еще и потому, что склонные к насилию люди встречаются в аутичном и инва-сообществе. Обычно это мужчины, которые преследуют людей маргинализированного гендера ((цисгенедрных женщин, транс-женщин и  небинарных людей. В любой другой группе, вне зависимости  от того, как ее называют другие, вне зависимости от ее самоопределения всегда есть люди склонные к насилию.

Если эти насильники еще и инвалиды, они могут пользоваться  своей инвалидностью в качестве оправдания домогательств и насилия — использование такого оправдания не только нелепо, а и оскорбительно для многих инвалидов, которые не просто не склонны к насилию, а и сами были жертвами насилия.
Если в программе сексуального образования или в тренинге по предотвращению сексуального насилия есть подобная вредоностная идея, то она может фактически оправдывать агрессоров, снимая с них ответственность. Это опасно и совершенно неоправданно.

 В. Мы якобы должны состоять в отношениях  только с нейротипиками и/или людьми без инвалидности, которые смогут “спасать” нас, предотвращать опасность, помогать нам, заботится о нас и помогать нам выглядеть “более нормальными”. При этом неинвалид фактически выполняет роль опекуна.

Это вредная идея — разумеется, при любой форме отношений партнеры могут помогать другу другу, заботиться и оказывать поддержку, и  это не всегда автоматически приводит  к насилию и злоупотреблению положением со стороны более привилегированного партнера. Но из-за динамики власти в таких отношениях гораздо больше вероятность насилия.

Более того, эта идея отвратительна еще и тем, что поддерживает мнение о том, что люди с инвалидностью, с  нейроотличиями и с расстройствами развития могут считаться полноценными только когда они перестают ассоциировать себя с  другими инвалидами.

Г. Мы якобы обязаны состоять в отношениях только с теми, у кого есть инвалидность или нейроотличия, потому что из-за наших особенностей нас не считают полноценными людьми. Стало быть, считается, что мы «заслуживаем» только таких же, как мы сами. Такой подход означает, что наши отношения автоматически попадают в разряд «неполноценных» по сравнению с отношениями нейротипиков-неинвалидов.

Вы легко можете найти примеры такого подхода в новостях, скажем про свадьбу двух людей маленького роста или двух партнеров с синдромом Дауна.
Журналисты  описывают такие  пары как “милые” и “очаровательные”, говоря таким тоном, словно речь идет о малышах-детсадовцах, которые дарят друг другу цветы с детской площадке. Это звучит как отеческая забота и умиление, тем самым показывая что отношения инвалидов не считаются “настоящими”.  Кроме того, подобный подход это усиливает стереотип о том, что инвалидность – это плохо само по себе, и быть инвалидом –  плохо, и поэтому инвалиды должны держаться подальше от не-инвалидов.

На самом деле люди с инвалидностью вправе выбирать себе подобных в качестве партнеров во всех формах отношений по миллиону самых разных причин. И мы  также вправе выбирать партнеров, не являющихся инвалидами или тех, у кого другие формы инвалидности — тоже по самым разным причинам.Пожалуйста, если вы участвуете в создании учебных программ по сексуальному образованию или предотвращению сексуального насилия, не опирайтесь  на перечисленные выше стереотипы и не усиливайте их.  Более того, учтите что уже существует огромное количество более качественных программ.

_____
На русский язык переведено для проекта Нейроразнообразие.

Под контролем

Источник: Musings of an aspie
Автор: Синтия Ким

Контроль. Звучит как что-то хорошее. 

Самоконтроль. У меня все под контролем. Я контролирую себя. 

В течение многих лет я старалась держать под контролем все. Я обещала себе, что справлюсь. Надо контролировать все, начиная от семейных встреч и заканчивая тем, как должны чувствовать себя окружающие меня люди. Я забыла о какой-то мелочи? Срочно учесть ее в своем плане! У кого-то возникли проблемы? Конечно же, я должна все исправить, вне зависимости от того, хочет человек чтобы я его «спасала» или нет. Надо сделать какое-то дело? Я взвалю его на себя. Фактически, мне казалось, что я все должна делать сама, потому что только так можно все сделать правильно. Потому что только я одна знаю, как правильно. 

Видите, у меня все под контролем. 

От этого мне должно стать хорошо. Ведь вся вселенная должна функционировать согласно моему грандиозному плану. Но вот только хорошо мне от этого не было. Это не только выматывало меня, а и «заводило» окружающих. 

Кроме того, этот контроль был иллюзорным. 

Продолжить чтение «Под контролем»

Считаются ли аутисты людьми? О репрезентации роботов в кинематографе

Картинки по запросу искусственный разум
Дэвид, главный герой фильма Искусственный разум

Автор: Айман Экфорд

Знаете ли вы фильмы о роботах, которые хотели стать людьми? Возможно, вы смотрели советский трехсерийный фильм «приключения Электроника», или знаменитый «искусственный разум» Стивена Спилтберга, или даже «Звездный путь: следующее поколение», в котором андроид Дейта мечтал стать человеком.
Я не специалистка по фильмам о роботах, которые мечтают стать людьми, но они интересны мне по двум причинам. Первая заключается в том, что некоторые аутичные люди из разных стран любят эти фильмы и ассоциируют себя с этими роботами. Вторая — в том, как в этих фильмах изображен «настоящий человек».

Давайте рассмотрим несколько «человеческих» характеристик, по которым окружающие понимают, что робот перестал быть просто машиной.
Продолжить чтение «Считаются ли аутисты людьми? О репрезентации роботов в кинематографе»

‘Keep The Change’ — фильм, который аутичное сообщество ждало так долго

Источник: Autistic Women & Nonbinary Network (AWN)
Автор: Риз Пайпер

Keep the Change («Не надо сдачи» — возможный русский вариант перевода названия фильма) — трогательная история любви двух аутичных взрослых, которых (представьте себе!) играют аутичные актеры. Это милый и забавный фильм, в котором уделяется внимание тому, что значит быть аутичным человеком в мире нейротипиков. Именно такой фильм давно ждало аутичное сообщество.

Keep-the-change-movie
На фото два со спины показаны два актера, играющие главные роли в фильме. Они идут по тротуару, держась за руки

Роман Дэвида (Брэндон Полански) и Сары (Саманта Элисосфан) начался в Нью-Йорке, на Бруклинском мосту. Они познакомились на встрече поддержки аутичных людей в Еврейском Общинном Центре Jewish Community Center (JCC) на Манхеттене. Дэвид ходит на эти встречи по решению суда, после того как он доставал полицейского шуткой про поросенка. Вначале он не хочет идти на сближение с группой, предпочитая казаться «нормальным», но постепенно, во многом благодаря своей новой возлюбленной, сближается с ребятами из сообщества.

Веселая, любящая и общительная Сара является прекрасным примером того, какими бывают аутичные женщины. Она помогает Дэвиду сломать защитные барьеры, которые он строил всю жизнь, чтобы притворяться неаутичным человеком. На протяжении фильма вы увидите, как он постоянно борется ради того, чтобы замаскировать свои тики, и старается прийти в себя после того, как нейротипичные женщины снова посчитали его шутки неуместными.
Продолжить чтение «‘Keep The Change’ — фильм, который аутичное сообщество ждало так долго»

Давайте поговорим об аутизме и мизогинии

Источник: Аutistic Аcademic.
Автор: Дани Алексис Рискамп

[TW: Мизогиния, абьюз, гораздо больше ругательств, чем обычно. Я не рекомендую давать читать этот текст детям, которым может быть сложно это воспринимать.*]

Я избегала обсуждения убийств в UCSB (Калифорнийский Университет в Санта-Барбаре) с тех самых пор, как в прошлые выходные обнаружила в своей ленте новостей, что ASAN опубликовала заявление, опровергающее заявления СМИ о связи аутизма и насилия, (еще до того, как я поняла, почему это заявление снова стало необходимым). Из других блогов в своей ленте новостей я узнала, что шесть человек (семь, если считать самого преступника) лишились жизни по вине молодого человека, оставившего манифест, который выглядит как худший вариант пародии на речи MRA (борцов за права мужчин) (транскрипт по ссылке; информация может быть триггерной). На мой взгляд, этот человек вообще не был аутичным, но обвинения в СМИ – коварная штука.

Я не знала, что сказать. Я совершенно не была заинтересована доказывать, что я не являюсь бомбой с часовым механизмом, поскольку это бесполезно: чем больше я протестую, тем больше продвигаю этот стереотип и подразумеваю, что некоторые аутичные люди, «другие» аутичные люди, такими «бомбами» являются. Хотя это нетипично для меня, я также избегала хэштегов #YesAllWomen и #AutismIsNotaCrime, поскольку в настоящий момент у меня не хватало ресурсов на эти посты.

Продолжить чтение «Давайте поговорим об аутизме и мизогинии»